КОГДА ОДНИ СТАНОВЯТСЯ БОГАЧЕ ОСТАЛЬНЫХ

Чынгыз Айтматов, родился в 1928 году в кыргызской деревне Шекер, мировая известность пришла к нему в 1958 году вместе с повестом «Джамиля». За ним последовали такие работы, как «Материнское поле» (1963), «Прощание с Гюльсары» (1966), «Белый пароход» (1970), «И дольше века длится день» (1981), «Плаха» (1987).

В этом году, после долгого молчания, он удивил своих читателей новым романом: «Снежный барс» изданный в переводе Фридриха Хитцера в издательстве «Союз Цюрих» (320 стр., цена 19,90 евро) и уже завоевал списки немецких бестселлеров. По случаю данного издания Ирмтрауд Гучке ввяла интервью. Чынгыз Айтматов — Посол Кыргызской Республики в Европейском Союзе в Брюсселе. Он пишет на русском языке.

– Я пишу медленно, об этом Вы говорили мне тридцать лет назад. Но между Вашим предыдущим романом «Тавро Кассандры» и нынешним «Снежный барс» прошло 13 лет. Все это время Вы «вынашывали» новую книгу? Или для этого был какой-то стимул?

– За все это время я размышлял о многом, пробовал писать, но затем все отложил в сторону. И вопреки моему утверждению, «я пишу медленно», роман был написан довольно быстро в прошлом году, можно сказать, на одном дыхании.

– Все таки был очевидный толчок. В романе три главных действия взаимосвязаны между собой: конфликтная кыргызская современность, жизнь и смерть снежного барса и легенда о Вечной Невесте. От чего Вы отталкивались при написании романа?

— Как Вы знаете, меня всегда затрагивали отношения между человеком и природой. Возможно, одним из стимулов было и то, что меня попросил германский союз охраны природы взять на себя (выступить) патронажем в защиту снежных барсов. Есть много президентов малых стран, но президент снежного барса в мире есть только один. И это я. Но если серьезно: такая почетная должность заставила меня задуматься о том, каким образом связаны снежный барс и человек. С древних времен кыргызы почитали снежных барсов. Они живут в недоступных высотах в своем собственном мире. У нас говорят, чтобы быть чистым и гордым как снежный барс. Лишь очень редко видели их охотники. Но сейчас даже этим животным угрожает раскрученный охотничий бизнес.

— То есть это не выдумки, что арабские принцы приезжают в Кыргызстан на охоту?

— Так происходит на самом деле. Богатые иностранцы приезжают в Кыргызстан для охоты на самолетах, вертолетах, автомашинах и всей другой техникой, которое только можно себе представить. Даже охота на орла стала шиком развлечений для богатых. С отловленными орлами можно теперь сфотографироваться на обочине дороги за три доллара. Гордая птица была деградирована в игрушку.

Это стало символом упадка ценностей, символом рыночной экономики, все стало доступным для продажи.

— Вы живете за границей в течение 17 лет.

— Вы это правильно подсчитали.

— Страсбург и Брюссель — западные города. Вы не отвыкли от жизни в кыргызских деревнях?

— Вообще нет. Каким был, такой и остался. Благодаря современным средствам связи инфоримацию обо всем стало возможным получать быстро, и если так можно сказать, даже издалека можно быть в курсе всех событий. Но я часто бываю в своей родной стране.

— Я впечатлена тем, как остро Вы описываете социальные проблемы в своей стране. Разве писатель иногда не вступал в конфликт с дипломатом, который должен быть лояльным к государству?

— Лояльность имеет разные формы. Слепая привязанность не помогает никому. О проблемах нужно говорить критично, чтобы найти пути выхода из них.

— Какой выход?

— Рыночная экономика жестока. Она преследует только охоту за прибылью, ведет к борьбе конкуренции. Если в советское время во всем господствовала идеология, от которой мы сейчас свободны, то за это полностью стали подвержены воздействию рынка. Типичный случай, когда любимая женщина моего героя Арсен Саманчина, оперная певица Айдана с ее прекрасным голосом, продаeт себя индустрии развлечений. Все то что у меня наболело, это я и выразил.

— Была ли книга уже опубликована в Кыргызстане?

— Книга была написана и доступна на русском языке и скоро выйдет на кыргызском языке.

— Ваше имя всегда значилось как символ многонациональной советской литературы. Вы неоднократно подчеркивали важность русской культуры для Вашего развития. Как вы относитесь к этому сегодня?

— Также как и раньше. Я даже хотел бы сказать больше. Если мы подчеркиваем самостоятельность национальных культур, то русский язык имеет то важное значение необходимоей для образования взаимосвязей между культурами.

— Приходится слышать, что в странах Балтии надо по возможности стараться не разговоривать с людьми на улице на русском языке. Это происходит тоже и в Кыргызстане?

— Да что Вы, Вы можете повсюду на каждом шагу общаться на русском языке. И это совершенно нормально. Ведь речь идет о том, чтобы сохранить то, что нам дала история, а не бросать это в мусор. Это не было бы гуманным и дальновидным.

— Отделение от России принесло пользу вашей Родине?

— Разумеется самостоятельность открывает возможности для собственного демократического развития. То как вы живете в Европе, мы тоже хотели бы достичь такого уровня. Как и когда это уже другой вопрос.

— На территории Кыргызстана есть военная база США.

— База ВВС была создана в рамках борьбы с терроризмом в Афганистане.

— Разве такая американская база не противоречит российским интересам?

— Я бы не стал так рассматривать вопрос. У нас также есть и база ВВС России, которая еще больше. Я предполагаю, что американцы покинут базу в Кыргызстане когда будут решены проблемы в Афганистане.

— Вы как и многие другие верили в идеи Горбачева.

— У меня и сейчас очень тесные отношения с Михаилом Сергеевичем. Мы постоянно поддерживаем наши отношения, когда встречаемся обсуждаем самые различные проблемы.

— Интересно. А что он сам об этом думает о том, что провозгласил более открытый, гуманный социализм, но это привело к упразднению СССР?

— Я считаю, что через гласность и перестройку он хотел вдохнуть новую жизнь в социалистическую идею. Но он реалист и мыслящий человек. Он видит, что все уже прошло. Коммунистическая идея в ее советской форме уже несовместима с тем, что мы называем глобализацией на современном этапе развития. Рыночная экономика имеет свои законы, которых мы не можем избежать, и при всех трудностях жизни у нас есть возможность жить в демократическом обществе, которая гарантирует индивидуальную свободу для человека.

— В Вашем романе Вы ироничны в отношении этой свободы, которая всегда служит только сильнейшим. Но что происходит, если люди оказываются в отчаянии и не знают выхода?

— Это вечная мука человека. Будь то в межличностном или международном масштабе всегда бывают ситуации, когда люди считают, что они должны применять силу. Воевать и убивать. Также и Арсен Саманчин в моем романе чувствует себя загнанным в угол. Но потом он приходит в себя. Он раскаиваетя. И это сожаление касается и меня. Я хотел это перевести на читателя. Покаяние — это вечный вызов для человека. И поверьте мне, даже если все на земле будут жить в процветании, насилие не будет изгнано.

— Арсен стремится заполучить оружие в своем беспомощном гневе. Конечно нельзя представить, что он может убить человека. Но есть ли у его бывшего одноклассника Таштанбека такие сомнения?

— Вот это действительно и есть мировая проблема, что отдельные люди, в данном случае арабские принцы, накопили колоссальное богатство, а остальная масса живет в крайней нищете. И тогда начинают обостряться конфликты. Можно понять Таштанбека, для себя он даже где-то прав. Он не стремится к кровопролитию. Он хочет получить от принцев суммы, которая на самом деле является для них пустяком.

— Но это могло привести к кровопролитию?

— Конечно. Выплата или кровопролитие.

— Он просто хочет получить свою долю от глобализации, говорит Таштанбек. Считаете ли вы, что такое действие может стать массовым явлением?

— Такие конфликты следует предвидеть. Демократия должна нести ответственность за то, чтобы разрыв между богатыми и бедными не становился настолько глубоким, что это могло бы привести к насилию. Это всегда будет так, но совсем огромные различия могут быть действительно опасными. Некоторые олигархи имеют столько капитала, сколько нет у нескольких стран вместе взятых. Когда у кого-то два или три самолета, несколько кораблей и дворцов в разных частях света, а другой не может своим детям купить обувь ходить в школу, это не нормально.

— Если Вы отвергаете насилие, как Вы думаете, можно ли вообще достигнуть такого баланса? От тех, кто бессовестно обогатился ведь не следует ожидать того, что они будут добровольно отдавать что-то от себя?

— Сами по себе они никогда этого не сделают! Для этого требуется законность (законы), при которой крупные состояния должны быть отвественными за все целое. Путин в этом отношении сделал многое. Нефть для России — это огромный капитал. Из его доходов был создан специальный фонд для оказания помощи нуждающимся людям для улучшения медицинского обслуживания, образования и т.д. Понимаете, баланс достигается постепенно. Если это только в интересах олигархов, наверно они окажут ту или иную помощь в той мере, в какой она приносит пользу им для их репутации, но этого недостаточно. Это должно стать системой.

— Вы имеете в виду задачу государства?

— Государства, общественности и интеллигенции.

— Но как раз в своем романе Вы рассказываете, наскольно недееспособны интеллектуалы в рыночной экономике и даже потеряли свой престиж, который у них был в советские времена?

— Конечно, это боль Арсена Саманчина: которым пренебрегают и он оказывается бессильным. Когда интеллектуалов бросают в угол, им все равно приходится вставать на ноги и заявлять о себе, они вынуждены искать новые способы влияния.

— Это есть то самое вечное упрямство и отпор. Концепция социализма …

— … несет в себе большой исторический опыт. Это была попытка решить социальные проблемы, которые сейчас обостряются в мировом масштабе. Попытка не удалась. Но это не означает, что нужно осуждать социализм или даже ненавидеть. Необходимо искать новые пути для приближения к своим идеалам.

— Вы думаете о будущих поколениях?

— Конечно. Но опыт нашей неудачи еще долгое время будет негативным фактором.

— В русском оригинале Ваш роман называется «Когда падают горы. Вечная невеста». Действительно ли есть в Кыргызстане легенда о Вечной Невесте?

— Легенда на самом деле живет у жителей горных районов Кыргызстана. Легенда, вероятно, основана на реальном событии: два влюбленных были разделены клеветой. И невеста вечно ищет жениха, который прячется где-то в своей печали: «Где ты, где ты, я спешу к тебе!» Я знал эту историю с детства, когда бабушка рассказывала мне сказки и брала меня с собой в горы. Существует такой обычай: в полнолуние разжигается костер, который можно увидеть из далека, а легенда передается рассказом и пением. Под звездным небом шаманы начинают барабанить и вскрикивать. «Вечная невеста, Вечная невеста, мы ждем тебя, выйди к нашему костру. Сколько ты будешь бродить кругом и сколько тебе надо искать. Ты не устала?»

— Но любовь не знает усталости, не это ли значит?

— Я понимаю эту древнюю историю так: если силы зла вмешиваются в личную жизнь людей и разрушают их счастье, то это не должно придаваться забвению. Люди должны помнить об этом всегда; это должно стать легендой и мифом. Таким образом, добро, которое всегда живет в душах людей, имеет большую силу воздействия. Если бы все это будет забыто, тогда победит зло. Но Вечная невеста бессмертна, она живет в памяти из поколения в поколение. И все страдают вместе с ней, когда они слышат эту легенду. Кто то подает голос и называет свое имя, ведь невеста может быть где-то рядом.

Интервью 26/27 Мая 2007 г.

Интервью, которое взяла Ирмтрауд Гучке у писателя 26-27 мая 2007 г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *